Я следую по тропе из клеверов,
Протянувшейся сквозь обледеневшие камни,
Моя мольба обращена лишь к Леди Фортуне
И тем храбрецам, которая благоволила им.

Я следую по тропе из клеверов,
Давно пожелтевших и сбросивших цвет,
Теми протоптанными тропами тихими,
Где мольбе лишь ветер вторит.

Я следую по тропе из скалистых путей,
Наблюдая за Расцветом красивых огней,
Где яркие пятна и смех твой,
Навсегда обожгли сердце моё, оставив позади.

Я следую по тропе из жгучих камней,
Где снуют спещащие всюду созданья чудные,
Покуда лапы мои тёмные ведут неспешно,
К путям к Скалистой Тропе.
Я помню сны о чудных местах,
Где трава искрится белыми искрами,
А мыши снуются беззаботно повсюду.

И сон, о глухой стене разбитого замка,
Покуда запах Слащавый твой был рядом со мною,
Так тихо и спокойно было,
И тишина подступалась вокруг.

Я следую по тропе из клеверов,
Пока солнце светит мне в спину сквозь листья,
Я слышу кряканье утят за собой,
Что бегут за следом моим.
Я вижу, как расцветают клеверы, шурша
И листья четырехпалые пляшут, ныряя мне в лапы.
Назову ли я милостью Фортуны ту встречу нашу?

Или, быть может, ты забыл то пятно на моём глазу?

Я следую по тропе из клеверов,
Я видела отражение в сталгриме своё,
Где тяжесть веков и минувших лет,
С улыбкою тёплой смотрят в глаза,
Я не вижу тех детских васильковых глаз,

Я вижу потерю наставника,
Друга, Возлюбленного и Обретённое счастье вновь,
И добрую улыбку, застывшую на белых устах.

Я следую по тропе из клеверов,
Скажи мне, о, Фортуна,
В чём же дерзость моя,
Коль о счастье я так прошу?
И почему же, по милости твоей,
Так больно смотреть мне в его алые глаза?