Я ни на секунду не верил, что сделал что-то неправильное, нет, не было правильного или неправильного, были только я и движущая сила внутри меня, возникшая не от богов, демонов или законов этого мира. Были я, в качестве судьи, моя воля, в качестве клинка, и осужденный человек. Больше не было ничего. Все мои движения были инстинктивными, первобытными, чистыми. То, что я сделал, было ни чем иным как последствиями запутанных обстоятельств.